Будь собой!

Иногда жизнь сама задаёт самые сложные вопросы. Не те, которые мы планируем, а те, на которые приходится отвечать сердцем. В одном из постов в социальной сети Instagram Ирины Укштейн – художницы, работающей под творческим псевдонимом Укшта, я прочитала слова: 

«Мне нравится, как время подсвечивает людей, как после шторма сметает маски… Невозможно быть хорошей для всех. Будь собой».

Эти строки стали отправной точкой для интервью.

Для Ирины «Быть собой» – не просто красивая фраза. Это её внутренний принцип, не изменять своим ценностям, не подстраиваться под чужие ожидания, слышать себя и оставаться честной с собой. Её творчество – это особый мир, наполненный воздушностью, вниманием к деталям и душевностью. Но наша беседа состоялась в непростой период её жизни. Незадолго до этого её старший сын Матвей попал в страшную ситуацию. Он упал в люк глубиной около трёх метров возле детской площадки в посёлке Первомайск. К счастью, сегодня с мальчиков всё в порядке, но пережитое стало для Ирины серьёзным испытанием. Ей понадобилось время, чтобы прийти в себя. На мои вопросы она отвечала письменно глубокой ночью, как раз в то время, когда остаёшься один на один со своими мыслями.

Этот разговор стал о творчестве, внутренней силе и о том, как даже после сильного шторма не потерять себя.

– Что Вы чаще всего изображали в детстве?

– Чаще всего это были принцессы в пышных бальных платьях. Наверное, как и у многих девочек. Меня всегда завораживали красивые наряды, детали, возможность придумать целый мир вокруг одного образа.

– Был ли у Вас «секретный» творческий уголок или альбом, который никто не видел?

– Если говорить о рисовании, то, пожалуй, нет такого альбома. Но есть комната, в которой собраны все мои материалы, когда приходит вдохновение, с радостью уединяясь там. Я довольно много писала стихов и прозы, которые так и не увидели свет. И, что удивительно, спустя 20-25 лет некоторые из них до сих пор кажутся мне вполне достойными.

– Если бы Ваши работы могли хранить звук, что бы там слышалось: шум, тишина или дыхание?

– Здесь всё всегда по-разному. Это зависит от настроения, темы работы, материалов, с которыми я работаю. Но не менее важно и то, что чувствует зритель. Иногда его эмоции оказываются совершенно противоположными тем, с которыми работа создавалась. И если выбирать, то я бы отдала предпочтение именно чувствам смотрящего. В конечном итоге именно ради этого и существует творчество.

– Что в Вашем пути было случайностью, а что – решением?

– Сложно ответить. Я предпочитаю думать, что случайности не случайны. Несмотря на очень творческий путь, мой выбор был вполне осознанным. Уже с шестого класса я знала, на кого хочу учиться, и даже выбрала университет. Думаю, огромное влияние на меня оказали творческие учителя, которых мне посчастливилось встретить.

– Был ли период, когда Вы думали: «это не мой путь» – и почему не остановились?

– Мне кажется, такие периоды бывают у всех. Но у творческих людей взлёты и падения ощущаются особенно остро. Как сильная радость порой вызывает слёзы, так и апатия приносит тяжёлый груз сомнений, справиться с которым бывает непросто. Но желание создавать всё равно оказывается сильнее.

– Как бы Вы сами описали свой художественный стиль?

– Предпочитаю думать, что за годы работы освоила множество техник, материалов, жанров и направлений. Поэтому мой стиль, как и выбор материалов, постоянно меняется, свободно сочетает разные подходы и иногда объединяет даже то, что, казалось бы, невозможно объединить.

– Что для Вас значило увидеть своё имя среди победителей конкурса «Узорная буквица – 2025», где участвовало восемь тысяч художников?

– Это очень приятное чувство после большой проделанной работы. Конечно, всегда надеешься, что твой труд оценят. Когда это происходит, появляется не только радость, но и желание двигаться дальше. В этом году я также прошла региональный отбор и заняла третье место уже в одном туре в г. Королёв. Это очень кропотливая работа. Причём подготовка, изучение материала, эскизы и теория зачастую занимают даже больше времени, чем создание итоговой работы.

– Кажется, что у Вас несколько творческих миров одновременно. Они помогают друг другу и дополняют, или спорят между собой?

– Никогда не задумывалась об этом. Возможно, они действительно работают сообща. Во всяком случае, я их не разделяю. Хорошая художественная работа – это не только техника и не только идея. Это сочетание мастерства, смыслов, новаторства, технического исполнения, и авторского взгляда. Именно всё это вместе делает работу и её автора узнаваемыми.

– Какой образ у Вас рождается первым, когда вы думаете о любви: форма, цвет или движение?

– Любовь бывает разной. Но первое, что приходит мне в голову – это волна. Не бирюзовая, а наполненная тёплыми оттенками заката, который словно растворился в брызгах и морской пене.

– Если радость у Вас могла бы стать изображением, она была бы крупной и яркой или почти незаметной, как деталь?

– Радость должна заявлять о себе. Она похожа на искреннюю улыбку, которой люди заражают друг друга. Думаю, она была бы крупной, яркой, плавной по форме и очень приятной. И возможно, даже мягкой или пушистой, чтобы хотелось не только смотреть на неё, но и прикоснуться.

– Как бы выглядела меланхолия в Вашем исполнении, как пространство, предмет или состояние света?

– Меланхолия была бы лёгкой дымкой, заполняющей всё пространство, словно предрассветный туман. Серо-голубой, с едва уловимыми оттенками пыльной розы. Пусть это будет туман, окутывающий весь холст, а в его углу будет небольшая веточка розы с каплями росы. Утро. Рассвет. То самое время, когда мир ещё молчит, а меланхолия шепчет тихим состоянием души.

– Если мир можно было бы нарисовать одним вашим жестом, какой бы это был жест?

– Это жест, который рождается сам собой, когда от счастья, любви, боли или потрясения замирает дыхание, и ладонь невольно ложится чуть ниже солнечного сплетения. Туда, где ощущается биение сердца. Мне кажется, именно там живёт душа. Именно этот жест говорит обо всём без единого слова.

– Если представить, что Вам нужно запечатлеть в одной работе радость, мир, любовь и меланхолию, что между ними возникло бы – столкновение, диалог, тишина или точка равновесия?

– Я представила бы мир в образе моста. Он не выглядит крепким – немного шаткий, немного хрупкий, но стоит так давно, что уже невозможно поверить, будто однажды он может разрушиться. Этот мост держится на двух опорах – радости и любви. На том, без чего человек не способен жить. А под ним течёт тонкая речушка меланхолии. Она не разрушает мост, а лишь придаёт всей композиции глубину, напоминая, насколько хрупок мир, и как важно беречь то, на чём он держится.

– Я прочитала на Вашей страничке в Instagram такой пост: «Мне нравится, как время подсвечивает людей, как после шторма сметает маски. Невозможно держать марку 24 на 7, быть прилежной, правильной, удобной и хорошей. Рано или поздно приходит дождь и ветер. Мне хочется обнять каждую, кто старается, но ещё больше сказать: невозможно быть хорошей для всех. Будь собой». Что для вас означает – «Быть собой» – это состояние внутренней свободы, форма честности с собой или нечто более глубокое и не до конца поддающееся определению?

– «Будь собой» – это, пожалуй, мой главный жизненный принцип. Не случайно эти слова навсегда остались со мной - они набиты татуировкой между лопаток.

Для меня быть собой – значит не изменять своим принципам, не подстраиваться под чужие ожидания, не жить чужими идеалами и целями. Это умение слышать себя, доверять своему внутреннему состоянию и жить в гармонии с ним. Люди слишком часто думают о том, что скажут окружающие. Настолько часто, что порой забывают спросить самих себя: «А что чувствую я?». Мне кажется, это гораздо важнее.

Иногда нужно позволить себе быть неудобной. Высказать мнение, которое отличается от большинства. Не ради спора и не ради эпатажа, а ради честности перед собой. Между самовыражением и желанием привлечь внимание есть тонкая грань, и её важно чувствовать.Я часто вижу людей, которые подстраиваются – в семье, в отношениях, на работе. Вижу сильных людей, которые постепенно ломают себя, лишь бы соответствовать чужим ожиданиям. И каждый раз думаю: цена такого одобрения слишком высока.

Самое удивительное в том, что пока мы переживаем, что о нас подумают, большинство людей заняты исключительно собой. А если кто-то и осуждает, то чаще всего потому, что ему скучно жить собственной жизнью. Поэтому для меня быть собой – это о внутренней честности, об уважении к себе и о свободе прожить свою жизнь, а не чужую.

Иногда после разговора с человеком хочется не сразу закрыть блокнот, а ещё немного побыть в тишине и подумать над сказанным.

Она написала о том, как время подсвечивает людей и как после шторма сметает маски. И, наверное, эти слова, особенно, откликаются, когда слышишь их от человека, который сам проходит через непростой период. Ирина – из тех людей, с которыми разговор вышел за рамки привычного интервью. После разговора с ней осталось ощущение встречи с человеком, который умеет быть настоящим.

Возможно, именно поэтому её творчество так трогает. В нём есть глубина, эмоции, переживания, и моменты, которые невозможно сыграть. Та самая невыносимая лёгкость бытия…

С Укштой беседовала Яна Сакка, г. Дубоссары.