Мерцающий модернизм Максима Полякова

Прошлый год запомнился нам гостями-художниками клуба "Акколада ". 

Как это было у нас на встрече

После резиденции в Дубоссарах Максим Поляков

 и Луиза Сим представили свои публикации в Кишинёве и вот как это было по словам художников. 

Мерцающий Модернизм : от холма к долине — экспериментальная лаборатория мелкого шрифта — публикация

С 21 по 25 октября на базе студии « 3rd Space » в Доме Земства прошла экспериментальная лаборатория мелкопечатной печати под руководством Луизы Сим [KZ] и Максима Полякова [MD] . Участникам была предложена комплексная программа, включающая лекцию с последующей дискуссией, экскурсию по городу и практическую часть, состоящую из поиска методов сведения модернистского наследия к уровню, обеспечивающему достаточный функциональный минимум для временного художественного коллектива. Результатом этой деятельности стало печатное издание, представленное публике в рамках SCA2025 / Альтернативные культурные пространства .

Публикация

Основным материальным результатом этой лаборатории стали 30 экземпляров коллективного зина под названием « Оптимизация ». Тираж был напечатан на миллиметровой архитектурной бумаге, что, во-первых, отсылает к модернистскому методу планировки городского пространства, а во-вторых, к названию прогулки — « Реликты градостроительных композиций ». Эта прогулка состоялась в первый день работы лаборатории и представляла собой пешеходное исследование территории микрорайона Петрикана в Кишиневе и бывшего Агрономического университета, который сегодня подвергся так называемой оптимизации. 

Мерцающий Модернизм – о мастерской

Данная мастерская является частью сложной, мозаичной программы художественных исследований под названием « Мерцающий модернизм » . Следы модернистских традиций — государственные службы, городское пространство, телекоммуникации, идеологическая и образовательная инфраструктура — сохраняются в ландшафте, несмотря на исчезновение их функций. «Мерцающий модернизм» исследует эти изменяющиеся, исчезающие или перепрофилированные структуры и субъективности, задаваясь вопросом, как этот модернистский опыт продолжает формировать социальную жизнь, пространственное восприятие и коллективное воображение в условиях его эрозии.

Практическая часть была связана с поиском методов сведения модернистского наследия к уровню кустарного производства, поиском функционального минимума для временного коллектива участников мастерской. А именно, как можно преобразовать информацию, визуальные материалы, впечатления, мысли и дискуссии, собранные во время прогулки, в новую художественную форму, конструкцию, которая, несмотря на свои скромные размеры и производственные ограничения, следует модернистской традиции и организует вокруг себя коллективные усилия. Рулон советского миллиметра стал ландшафтом для публикации микрорайона, в котором разместились линогравюры с изображением небольших архитектурных форм, модульные геометрические штампы типичных панельных домов, фотоколлажи жителей и лозунги, состоящие из обрывков воспоминаний о том, чего с нами никогда не было.

Текст: Максим Поляков,
фотографии: Луиза Сим

–
Данное мероприятие организовано Ассоциацией «Оберлит» в рамках программы «Образование-Искусство» / SCA2025 при поддержке Министерства культуры Республики Молдова , Швейцарии и FundAction / in Proztranstve / при участии медиа-партнеров: fest.md и platzforma.md / техническая поддержка: CSCI of RM. Содержание данного проекта не обязательно отражает точку зрения донора.

EN / Мерцающий модернизм: от холма до долины – лаборатория экспериментального маломасштабного издательства – публикация

С 21 по 25 октября в студии «3rd Space» в Casa Zemstvei прошла экспериментальная маломасштабная издательская лаборатория под руководством Луизы Сим [KZ] и Максима Полякова [MD] . Участникам была предложена комплексная программа, включавшая лекцию с последующей дискуссией, экскурсию по городу и практическую часть, состоящую из поиска методов редукции мерцающего модернистского наследия до уровня, обеспечивающего достаточный функциональный минимум для временного художественного коллектива. Результатом деятельности стало печатное издание, представленное публично в рамках SCA2025 / Альтернативные культурные пространства .

Публикация

Тридцать экземпляров коллективного зина под названием «Оптимизация» стали основным материалом, выпущенным лабораторией. Тираж был напечатан на архитектурной миллиметровой бумаге, что отсылает как к модернистской плановой организации городского пространства, так и к названию городской прогулки «Реликвии градостроительных композиций» . Эта прогулка состоялась в первый день работы лаборатории и представляла собой художественное исследование холма Петричани, одного из микрорайонов Кишинева, построенного в социалистический период, известного своим бывшим Агроинженерным институтом, который сейчас проходит так называемую оптимизацию (поскольку он был объединен с Техническим университетом Молдовы). Одна из целей прогулки заключалась в том, чтобы наглядно показать, как под этим лозунгом необходимости происходит деградация инфраструктуры и институциональной среды.

Мерцающий модернизм – о мастерской

Этот семинар является частью всеобъемлющей, мозаичной программы художественных исследований под названием «Мерцающий модернизм» . Следы модернистских традиций – государственные услуги, городские пространства, телекоммуникации, идеологическая и образовательная инфраструктура – ​​все еще сохраняются в ландшафте, даже несмотря на то, что их функции исчезли. «Мерцающий модернизм» исследует эти изменчивые, исчезающие или перепрофилированные структуры и субъективности, ставя под сомнение то, как современность продолжает формировать социальную жизнь, пространственный опыт и коллективное воображение в условиях своей эрозии.

Практическая часть была сосредоточена на методах , которые могли бы помочь свести крупномасштабные модернистские идеи к уровню ремесленного производства, стремясь создать базовую функциональную среду для временного коллектива участников мастерской. Мастерская ставила перед собой конкретный вопрос: как можно преобразовать информацию, визуальные материалы, наблюдения, размышления и беседы, собранные во время прогулки, в новую художественную форму? Произведение искусства как конструкция, несмотря на его карманные размеры и производственные ограничения, которая будет следовать модернистской традиции и организовывать коллективные усилия вокруг себя. Рулон советской миллиметровой бумаги стал фоном для микрорайона-издания, включающего линогравюры с изображением небольших архитектурных форм, модульные геометрические штампы сборных панельных домов, фотоколлажи жителей и фразы, составленные из фрагментов воспоминаний о том, чего никогда не было . 

текст Максима Полякова, Луизы Сим

Фотографии Луизы Сим

Видео Елены Степановой.

– 
Данное мероприятие организовано ассоциацией Oberliht в рамках программы Edu-Art / SCA2025 при поддержке Министерства культуры Республики Молдова , Швейцарии и FundAction / размещено на платформе Zpace / медиа-партнеры: fest.md и platzforma.md / техническая поддержка: CSCI Республики Молдова. Содержание данного проекта не обязательно отражает точку зрения донора.

«Музыка вышита на полотне моей жизни»

Иногда путь к сцене начинается не с оваций, а с тишины. С детского волнения, с первого неуверенного шага, с момента, когда микрофон кажется тяжелее собственных чувств. Для Анны Ткачишиной музыка стала частью жизни задолго до того, как у неё появилось сценическое имя ANUSH и первый авторский клип.

Её история – это не стремительный взлёт, а путь возвращения – к сцене, к себе, к праву быть услышанной. За её плечами годы выступлений на городских площадках, поиски собственного звучания, первые творческие сомнения и смелость сказать о главном своим голосом. Сегодня ANUSH – артистка, для которой песня давно перестала быть просто исполнением. Это откровенный разговор, в котором переплетаются личный опыт, материнство, сцена и ответственность перед слушателем. В интервью с артисткой мы беседовали не один час не только о музыке, но и о выборе, который приходится делать снова и снова. О страхах, которые становятся опорой. О пути, где важно не спешить, но и не останавливаться. И о том, почему для некоторых людей пение не профессия, а состояние души.

Но жизнь редко отпускает тех, кому суждено звучать. Имя ANUSH стало попыткой начать сначала, не стирая прошлое. Авторская музыка пришла тогда, когда исчезли привычные опоры. Когда мир сузился до внутреннего диалога, в котором больше нельзя было обманывать себя. Эти песни не искали одобрения, они были скорее способом познать себя. Для моей героини музыка перестала быть мечтой, она стала точкой равновесия.

ANUSH – утончённая, хрупкая брюнетка с огромными выразительными глазами, в которых одновременно живут нежность и внутренняя сила. Её мощный объёмный вокал заполняет зал без остатка, целиком и полностью, и держит внимание слушателя. Это редкая комбинация внешней хрупкости, вокальной силы, где драма переплетается с её личной историей, которая превращает песню в исповедь.

НАЧАЛО ПУТИ

– В интервью Вы часто говорите, что любовь к музыке передалась Вам по наследству. В какой момент детское увлечение стало осознанным выбором? Тогда, в детстве, Вы уже понимали, что сцена – это навсегда?

ANUSH: Мне кажется, что любовь к музыке мне передалась на генном уровне, потому что моя бабушка выступала в украинском народном ансамбле «Чорнобривцi» на всех городских концертах, а мой отец окончил музыкальную школу и владеет несколькими инструментами. Помню отчётливо тёплые вечера моего детства: мы с сестрёнкой, как заворожённые, глядели на него и слушали, как он подключал аппаратуру, аккомпанировал себе и исполнял песни, а мы наслаждались. Музыка, так или иначе, всегда присутствовала в моей жизни с раннего детства, и всегда я выбирала её. Вместо того чтобы играть с ребятами я выбирала занятия по вокалу, чтобы достойно пройти прослушивание. Даже в таком маленьком возрасте, когда детки предпочитают проводить время на улице играя, мне от этого выбора было ничуть не хуже, а наоборот – безумно нравилось. Когда занималась, я уже представляла себя на большой сцене и, будучи малышкой, брала мамин дезодорант, и пела в него (улыбается). На вооброжаемых концертах я собирала стадионы слушателей и почему-то всегда пела песни Аллы Борисовны Пугачёвой. Не знаю почему, видимо, из-за её яркого образа и мне хотелось стать такой же дивой на сцене. Это доставляло, конечно, удовольствие, и формировался стиль моей жизни, где музыка была главной.

Ни для кого не секрет, что первое моё образование было экономическим, и я не сразу пошла по музыкальной тропинке. Музыка всё равно оставалась со мной. Даже работая кассиром, я продолжала репетировать, выступать по выходным с оркестром. Будучи студенткой экономического факультета, я приходила в студию к Светлане Викторовне просто петь для души. Моя душа отдыхала, и я ощущала себя на своём месте. Фокус во внешнем мире был не в музыке, но в моём внутреннем мире и душе предпочтение было отдано творчеству.

– Как занятия фортепиано повлияли на Ваше вокальное мышление?

ANUSH: Я думаю, что связь здесь прямая. Занятия фортепиано развивали мой слух, дисциплину и вокальное мышление. Они дисциплинируют точно так же, как спорт для ребёнка. Это развивает и музыкальные навыки, ведь между ним и разными музыкальными направлениями много общего. Например, вокальное дыхание – есть певческое, есть дыхание в музыке, фрезеровка. Все эти мелочи, которые есть в игре на пианино, можно применять и к каким-то вокальным основам, и они едины для всех музыкальных дисциплин. Это основа основ и база, элементарно я могу себе сэкомпонировать, себя настроить, распеть. Сейчас я учусь в магистратуре и получаю музыкальное образование для себя. Чтобы закрыть гештальт, я снова выбрала пианино. Могла выбрать дирижирование, теоретические дисциплины, но я осознанно вернулась к инструменту, чтобы освежить и возобновить знания. А ещё потому что это трудно, потому что надо заставлять себя заниматься, это дисциплинирует очень. Ещё потому, что я не ищу лёгких путей.

– Вы рано начали выступать на городских площадках. В какой момент перестали бояться зрителя?

ANUSH: С боязнью зрителя есть вообще отдельная история (улыбается). Первое своё выступление – кастинг в вокальную студию «Обыкновенное чудо», тогда я ещё в детский сад ходила, – к сожалению, «благополучно» провалила. Мы долго готовились к нему, мой отец написал аранжировку. На всю подготовку ушло недели две, наверное. Помню, как остальные детки гуляли, резвились во дворе, а я занималась и учила песню. Уровень подготовки в техническом плане был достаточно высоким, я долго учила песню и была уверена в себе. Но, как только я поднялась на сцену, у меня задрожали коленки. Начались первые аккорды песни, я начала петь и увидела, как папа смотрит на меня внимательно. Мне показалось, что взгляд у него слишком строгий, и зрители смотрят. Естественно, мои детские плечи не выдержали такого груза – я бросила микрофон и убежала со сцены (улыбается). Но не в моих правилах сдаваться, и я выучила потом другую песню, пришла на прослушивание в студию и в более спокойной обстановке спела песню. Меня, конечно же, приняли, начатое я довела до конца. Всё-таки детской психике понадобилось время адаптироваться, потому что одно дело – петь в комнате перед зеркалом, а другое – брать настоящий микрофон и петь, быть один на один со зрителем.

Поначалу были выступления в составе группы, от этого было легче и привыкать к сцене. Потом, разумеется, были и сольные выступления, да, я чувствовала волнение на сцене, но страха больше не было. Я до сих пор считаю, какого бы масштаба не был артист, он должен испытывать волнение перед выступлением, а если его больше нет, то нет и смысла выходить на сцену. Прежде всего, мы не роботы, а живые люди, помимо того, что артист должен спеть технически чисто песню, он должен пропустить произведение через себя, свою душу. Конечно, это тоже затрагивает струны души, и лично для меня волнение и предвкушение перед встречей со зрителем самое ценное, что может быть в жизни артиста. И показатель того, что тебе небезразлично то, что происходит в твоей профессии и ты являешься настоящим артистом, выходящим к зрителям.

– Был ли период, когда Вы сомневались в выбранном пути?

ANUSH: Да, однозначно. Причём не просто период, а целое время поисков себя. Я пробовала себя в режиссуре, в экономике, несколько лет искала себя в разных сферах. Даже макияж делала, маникюр. У меня неплохо получалось. Были успехи. Но я думаю, это были не сомнения в выбранном пути, а желание попробовать что-то новое. Мне действительно было интересно. Я посещала различные курсы по языкам, бухгалтерии, курсы по наращиванию ногтей, ресниц, макияжа. Но всё равно красной нитью по моей биографии тянется музыка, я её не забрасывала, меня всегда приглашали на концерты как солистку оркестра, так и самостоятельного артиста. Недавно нашла архивное видео, на котором мне лет десять, как моей старшей доченьке Сонечке сейчас. Это было выступление на фестивале духовых оркестров в Тирасполе. Тогда по техническим причинам у меня отключился микрофон, но я уже со сцены не убежала (улыбается).

– Есть несколько версий происхождения имени ANUSH, одна из них персидская, другая армянская. А переводится оно как «дыхание утра». Почему для Вас было важно выбрать именно уникальный псевдоним? Насколько образ ANUSH отличается от Анны в обычной жизни? Значение «дыхание утра» – это метафора или внутренний ориентир?

ANUSH: Мне важно было выбрать псевдоним, который был бы запоминающимся, и уникальным, чтобы ни у одного артиста его не было. Оказалось, что это не так просто. В школе меня часто называли Аннушкой, Анюшей, и когда я случайно наткнулась на такой вариант моего имени в восточных странах, мне очень легло на восприятие как чего-то лёгкого и воздушного. Точный перевод – «дыхание утра» я узнала несколько позже и поняла, что он откликается во мне. Образ артистки ANUSH совсем не отличается от моего образа жизни, потому что я в музыке и в жизни стараюсь быть собой, не кривить душой и быть настоящей.

– Что стало точкой перехода от исполнения к созданию собственных песен?

ANUSH: Интересный вопрос, потому что долгое время я была исполнителем, мне хотелось изначально поступить на исполнительское искусство, и о том, чтобы писать песни, речи не было. Хотя ещё в раннем детстве были предпосылки к тому, чтобы писать собственные песни. Но однажды от близкого мне человека услышала, что всё давно записано до нас и ничего нового придумать уже не получится. Эта фраза меня обескуражила. Одна часть, услышав это, бунтовала, а другая, как маленький ребёнок, думала, что взрослые правы. И отложила написание песен до лучших времён. Как оказалось – не лучших времён для человечества. В период пандемии ковида, когда нас всех заперли в своих домах и суета и спешка оказались позади, пришло время замедлиться и подумать над многими жизненными установками. Именно в период пандемии я осознала хрупкость жизни и тот факт, что я многое могла бы сказать миру. И начала писать… Поэзия также сопровождала меня на протяжении всей жизни – и на школьной скамье, и когда я работала в банковской сфере. В период пандемии я стала писать и песни, и стихи вновь. Тогда и появился проект ANUSH, и первая моя песенная композиция «Научи летать» была о том, что человеку в любой жизненной ситуации нужен человек, любовь, опора.

– Что оказалось самым сложным во время съёмок первого клипа «Научи летать»?

ANUSH: Сложным оказались организационные вопросы, и для меня, молодой мамы в декрете, многие моменты оказались неожиданными. Мы снимали клип буквально на чистом энтузиазме (смеётся). Чувствовала себя на тот момент слепым котёнком. Оказалось, что есть множество нюансов: оператор, логистика, аренда лодки и много чего ещё. И за один день решить все задачи не получится. У нас было два съёмочных дня, и, если бы не моя команда, я бы опустила руки, как та маленькая девочка, что бросила микрофон (улыбается), и за это всем безмерная благодарность.

– После выхода клипа Вы почувствовали внутреннюю точку отсчёта «до» и «после»?

ANUSH: Скорее нет. Много было тёплых и положительных отзывов со всех уголков мира – Испании, России, Молдовы. Клип набрал несколько тысяч просмотров, и для тех условий и возможностей, которые у нас были, работа получилась достойной. А вот внутренний отсчёт на «до» и «после» произошёл в момент, когда песня увидела свет и я стала называть себя автором-исполнителем. Это и стало моей отправной точкой. Я начала писать песни уже не только для себя, но и других исполнителей. И понеслось! Работа над следующей песней и клипом, и останавливаться не хочется.

СЛУШАТЕЛЬ И СЦЕНА

– Какой отклик зрителей для Вас самый ценный?

ANUSH: Как любому артисту, мне всегда приятны аплодисменты зрителей, их горящие глаза, когда они подпевают, фиксируют моё выступление на видео, когда просят автограф. Очень трогательно, когда детки дарят цветочки. Одно дело получить аплодисменты после выступления, а другое – быть на одной волне со зрителем прямо непосредственно во время исполнения и видеть их вовлечённость во время самого концертного номера.

– Как менялось Ваше звучание с годами?

ANUSH: Просматривая старые записи, я вижу, что голосок был очень детский, но всё же звонкий. Конечно, он изменился с практикой, годами, уверенностью. Зрители часто обо мне говорят, что голос у меня как хрусталь и течёт как горный чистый ручей. Эти метафоры, безусловно, очень приятны для меня и ценны. Сама я никогда не анализировала свой голос в таком ключе и больше думала о технической стороне звучания.

ЖИЗНЬ И БАЛАНС

– Что для Вас наиболее сложно – сохранить семью или сохранить себя в профессии?

ANUSH: И то, и другое крайне важно, наверное, сохранить семью в наше время самая сложная задача. Семья и отношения требуют большого труда, я сейчас говорю, и у меня слёзы наворачиваются (пауза). Отношения строить сродни искусству, и никогда нельзя воспринимать их как данность. Мы все разные, выросли в разных семьях, а в мире сейчас пропаганда того, что всё можно купить и счастье тоже. Это неправильная и ложная установка. И присутствие в твоей жизни человека, с кем ты можешь быть понятым и принятым, не бояться быть собой, – это самая большая ценность в нашей жизни. Никто не оспаривает ценность карьеры, но я знаю себя, свой характер и понимаю, что сидеть дома не смогу и мне нужно развитие. Сейчас хочется своих, авторских вокальных работ, именно в них я обнажаю душу и показываю, что у меня внутри. Этот этап развития важен для меня. Ведь я дальше пошла – обучаться музыкальной педагогике, буду магистром. Моё развитие в профессии не заканчивается, и, если остановлюсь, я себя потеряю не только в профессии, но в и жизни. Я ценю в людях, когда они развиваются, и моя цель – не останавливаться. Пока есть мечты и планы, они в целом и составляют полноту и вкус к жизни. Лично для меня так.

– Как материнство повлияло на Ваше творчество и внутренний ритм?

ANUSH: Когда-то мне казалось, что материнство и шоу-бизнес невозможно совмещать, но время показало, как сильно я заблуждалась. В наше время нет ничего невозможного, конечно, я двигалась бы гораздо быстрее в карьерном плане, но тогда у меня не было бы таких прекрасных детей (улыбается). В первые годы жизни ребёнка важно максимально присутствовать в жизни малыша, и я стараюсь время оптимизировать, оставляя его и для себя. Идеального баланса не существует, но я стараюсь, чтобы дети были не обделены и в то же время быть творческой единицей.

ВЗГЛЯД ВПЕРЁД

– Какой этап своего творческого пути Вы проживаете сейчас?

ANUSH: Год 2025 был непростым, это был год «американских горок», как автор я не останавливалась, мои песни звучали из уст других артистов. Чтобы развивать свой самостоятельный проект ANUSH, в него нужно уйти с головой, на что пока нет ни финансовой возможности, ни времени. В настоящее время у меня период самосовершенствования в виде обучения в ПГУ и работа над собой как автора.

– Есть ли мечта, о которой Вы пока не говорите вслух?

ANUSH: Да, но я об этом говорить не буду (улыбается). Есть как легко осуществимые, так и самые смелые, которые бы принесли пользу нашему городу.

– Ваша новая песня-исповедь – это логичное продолжение пути или поворот? С какого чувства она началась? Есть ли в ней строчка, в которой Вы особенно уязвимы?

ANUSH: Если буду плакать сейчас, прошу извинить меня (пауза). Это не логическое продолжение и не поворот, а точка в моём внутреннем диалоге с самой собой, с той малышкой, которая, испугавшись, бросила микрофон от волнения. Хочу отметить, что диалог с маленькой мной никогда не заканчивался, от первого выступления до выхода клипов. Когда всё пошло не по плану…(пауза, вытирает слёзы). Знаете, может показаться со стороны, что путь артиста усыпан цветами и аплодисментами, но всё далеко не так. Мой путь в мир творчества был непростым, много было закрытых дверей. И поставленных целей я добивалась исключительно своим трудолюбием. Вспоминая ту маленькую девочку, я поражаюсь той силе, которая была скрыта в её хрупком теле (плачет). Эта песня – мой разговор с собой маленькой. О том, как важно не предавать свои мечты и слышать свой собственный голос, даже если вокруг шумно и страшно. Мне хочется, чтобы каждый, кто услышит её, вспомнил о себе настоящем.

С какого чувства началась песня? Я сушила волосы и вспоминала себя той малышкой, которая пела перед зеркалом и собирала стадионы на воображаемых концертах. Тогда и пришли строки, и с этого ностальгического момента и началась моя песня. Вживую перед публикой я её ещё не исполняла, потому что боюсь разреветься прямо на сцене. И пела лишь для близких её на своём дне рождения. Во всех строчках я предельно уязвима, особенно в финальных, где поётся, что светят маяком и зовут идти дети, что живут внутри (плачет). Иногда, вырастая, мы теряем себя, но именно внутренний ребёнок освещает путь и ведёт туда, где можно снова стать настоящим. Моя композиция – это посыл всем, кто боится, кто отчаялся, кто больше не верит в себя, что нельзя никогда опускать руки, и сила внутри нас способна преодолеть все преграды!

Я не делала ставки на то, что песня соберёт миллионы просмотров и станет хитом, вовсе нет. Мне важно было наконец-то поставить точку во внутреннем монологе с собой. И моя музыкальная композиция в полной мере отражает моё мировосприятие и весь мой жизненный путь.

– Что Вы делаете не по правилам и не собираетесь менять?

ANUSH: Я живу не по расписанию, у меня нет чёткого режима, живу в потоке, по импульсу (улыбается). Понимаю, что чёткий план действий дисциплинирует, но что поделать, если творческие люди – это люди хаоса (улыбается). И в то же время я оттачиваю свои творческие и профессиональные навыки ежедневно! Без этого не могу.

Если оглянуться назад: что бы Вы сказали себе в самом начале пути?

ANUSH: Я бы сказала: никого не слушай, у тебя всё получится! Верь в себя! Как раз, когда я слушала чужие установки, это и замедляло меня, мой творческий и профессиональный путь.

ТВОРЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС

– Что Вас вдохновляет: тишина, дорога, ночь, природа, живопись, кино, люди?

ANUSH: Наверное, меня вдохновляет сама жизнь, с её бурными потоками из тишины, событий, живописи, природы, людей. Например, я могу идти домой и глядеть на облака – и ко мне придут строки, как в одной из моей музыкальной композиции: «Облака плывут, они никуда не торопятся»… Или мыть посуду – и вдруг приходят строки, которые слагаются в целую историю.

– Вы не только автор-исполнитель, но и поэтесса. В какой момент поняли, что нуждаетесь в том, чтобы поделиться сокровенным с читателями? Когда Вы счастливы, Вам трудней или легче писать?

ANUSH: В январе планирую напечатать первый сборник, это будет очень личная история. Отдельная тема для разговора. Своего рода рефлексия и самоанализ получился из накопленного жизненного опыта, и мне хотелось им поделиться. Быть может, кому-то поможет разобраться в себе или осветить какие-то маяки внутри себя. Пандемия стала для меня точкой роста. Я стала делать зарисовки и записывать на диктофон мелодии и слова, так и родилась вскоре моя первая авторская песня. Следом пошёл поток и других идей, которые ждут своего часа. Тогда я и стала писать авторские песни и стихотворения.

– В нашем последнем интервью с Вами в 2021 году Вы сказали фразу, которая максимально отражает Ваше творческое кредо: «Не петь я не могу». Что бы Вы добавили сейчас?

ANUSH: Ответ очевиден: не петь я не могу. Куда бы ни забросила меня судьба и чем бы я ни занималась в жизни, музыка красной нитью вышита на полотне моей жизни.

С артисткой ANUSH предельно откровенно беседовала Яна Сакка, г. Дубоссары.