Современные критические исследования о приднестровских прозаиках и поэтах

«Литературное произведение не существует до тех пор, пока не будет прочитано, принято, прокомментировано и рекомендовано».

Слова испанского литературоведа, члена международной группы исследователей античной и современной поэтики и риторики А. Л. Эйре вынесены мною в эпиграф статьи. Считаю он кратко и ёмко выразил суть литературного процесса у истоков которого стоит писатель. Путь, который предстоит проделать любому тексту, вышедшему из-под авторского пера. Путь, который долог и тернист. Это необходимо осознавать каждому участнику непростого дела – становления произведения. Стоит говорить о влияющем на литературный процесс тройственном союзе - читатель, писатель, критик - в котором значение каждого из членов одинаково важно. А потому приднестровскому литературному сообществу уместно (даже необходимо!) озадачиться взращиванием, развитием и совершенствованием ни только писателя, но и критика, и читателя.
Итак, разберём, опираясь на заданный Эйре алгоритм, поэтапное движение некоторых произведений приднестровских прозаиков и поэтов.
Текст должен быть:
1. написан
2. прочитан
3. понят (принят)
4. прокомментирован
5. рекомендован

1. Что касается написания, то произведения приднестровских авторов так или иначе появляются в общественном пространстве, публикуясь в журналах, газетах, авторских сборниках или на интернет площадках. Каждый ли писатель обладает своим стилем? Увы, нет.
Есть у писателя два источника творчества - это его внутренний мир и идея произведения. Поэтому стиль обусловлен не только тем, кто говорит, но и тем, о чем говорит. Имеет смысл вспомнить старинное учение Ломоносова о трех «штилях» — высоком, среднем и низком, которые зависят от предмета описания. Но предъявляемые к каждому стилю требования общие: ясность, точность, чистота, благозвучность слога. Однако, думаю, гораздо важнее требования к мысли и чувствам писателя. Если мысль обдумана, значительна и отчетлива, а душа чувствует и дышит, то остальное приложится. Словом, чтобы хорошо писать, нужно иметь стиль, хорошо думать и тонко чувствовать. Согласитесь, что писатель без стиля – это писатель без лица, а, значит, и не писатель вовсе. Есть ли лицо у приднестровского писателя? Конечно. Оно разное. Есть узнаваемые, самобытные, имеющие свой стиль авторы.

Однако, написанный текст обязательно должен быть прочитан. И тут мы вступаем на зыбкую почву. Для автора самое простое решение сегодня – это публикация в интернете. Текст можно разместить на собственной странице в соц. сети или на специализированных сайтах, и посетители подобных интернет-площадок станут читателями, будут оставлять комментарии. Многие авторы таким образом обрастают довольно широким кругом знакомств и поклонников своего творчества. Огромным минусом подобного общения становятся вкусовщина и любезная похвала автору в откликах, которые по сути превращаются в препятствие для развития писательского таланта.
Существует и привычный «бумажный» вид публикации написанного. Кроме редкой возможности издания авторского сборника через Литфонд, прийти к читателю произведение может с помощью СМИ. Приятно говорить, что приднестровские газеты открыты для писателей, так республиканская газета Приднестровье ведёт ежеквартальную рубрику «Литературная страница», а городские - по мере возможности выделяют литературным авторским подборкам место на своих страницах. Бесконечно жаль, что на сегодняшний день в Приднестровье отсутствует литературная газета, которая выходила бы на постоянной основе с какой-то периодичностью (например, один раз в месяц!). А журнал «Литературное Приднестровье», выходящий один раз в год зачастую остаётся незамеченным общественностью. Есть ещё различные по профессионализму исполнения, по объёму, по содержательной и смысловой частям, журналы: «В круге чтения», «Горизонты», «Открытые кавычки». Тиражи этих журналов невелики, однако автор желающий опубликовать своё произведение, дабы, дать возможность читателю насладиться его стилем, может это сделать.
К сожалению телевидение пока остаётся в стороне от освещения и действенного участия в процессе литературной жизни республики. Следующий шаг литературного произведения – текст должен быть понят (принят) читателем. Поэтому читатель должен воспитываться, настойчиво и аккуратно взращиваться. Что и происходит в учебных заведениях республики. Однако, вопрос методической литературы и школьных учебников «Литература Приднестровья», как для младших, так и для старших классов, продолжает остро стоять перед сегодняшним обществом. Только отклики, комментарии краткие или пространные отзывы отражают прохождение этого этапа текстом. Часто в результате личных встреч узнаётся результат. Именно поэтому они бесконечно важны, и в первую очередь важны и нужны для ПРОИЗВЕДЕНИЯ! Ведь текст должен состояться, должен жить.

Четвёртый и пятый этапы тесно связаны с предыдущим. Я уже говорила о читательских откликах. Однако комментарии, выполненные профессиональным критиком, литературоведом одна из важнейших составляющих становления произведения.
Критика медийна, выступая посредником между исходным текстом, его автором и читателем, она отфильтровывает зёрна от плевел и несомненно нужна читателю. Как говорил Л. Н. Толстой: «Дело критики - толковать творения больших писателей, из большого количества написанной всеми нами дребедени выделять лучшее».
Критика нужна, как произведению, читателю, так и автору. Кто, если не критик, конструктивно анализирует произведение, углубляясь в сущность всего, что представлено на суд читателя? Кто профессионально и грамотно определяет качество литературного текста? Мнение такого честного и уважающего писательский труд человека ценно и важно каждому автору. Оценивая произведение, как художественное целое, через призму истории литературы и общества, критик помогает осознать автору ответственность за каждое слово, написанное им. К сожалению, в этой части приднестровская литературная жизнь покуда демонстрирует провал. Зачастую опубликованные комплементы человеческим качествам писателя и хвалебные предисловия к сборникам называются у нас критикой.
Когда-то подробные и глубокие критические обзоры произведений давал ныне покойный В. С. Ткачёв, иногда обнародовал свои критические замечания к тому или иному тексту Вырвич. Сегодня, увы, нет литератора, для которого произведение - есть предлог для создания философской структуры или концепции. Ведь критик, порою, осмысливая текст, идёт даже глубже, чем помышлял автор. Именно на его, критика, плечах лежит ответственность за пятый этап становления произведения – именно он может, полагаясь на профессионализм, рекомендовать текст.
Помните, Пушкин предлагал судить об уровне литературы по уровню критики. Думаю, он был прав, добавлю только, что оценивать уровень критики следует вкупе: читательскую, писательскую и профессиональную. И исходя из таких критериев, современная приднестровская литература ещё слишком молода. Из огромного потока написанных, изданных приднестровскими авторами текстов, лишь, некоторые прошли выше обозначенный пятиступенчатый путь эволюции.
Разрешите, в рамках этого выступления, взглянуть критически, то есть приложить руку к становлению, одной недавно опубликованной повести Натальи Елфутиной «Неуловимые». Повесть «Неуловимые» о юных подпольщицах, которые боролись против фашистов в Тирасполе в годы Великой Отечественной Войны, была опубликована отдельной книгой в 2024-м году типографией «Типар». Эту версию и предлагаю рассматривать. Знаю, что в ноябре 2025-го года Н. Елфутина включила вышеназванную повесть в сборник «Реальные истории», который мне не довелось увидеть.
Предисловие к повести автор написала сама, где кратко изложила сюжет: группа девочек-подростков орудует в оккупированной Молдавии, изготавливая и распространяя листовки о положении дел на фронтах. Автор признаётся во вторичности собственного произведения: «Повесть «Неуловимые» я начала писать буквально в тот же день, как закончила читать книгу Г. Ломанченко и Ю. Феча «На смерть ради жизни» о деятельности подпольных организаций Молдавии». Историчность произведения, исходя из вступительного слова, является фундаментом художественного текста. На протяжении всей повести мы сталкиваемся с автором-историком. Но писатель молчит. Мы наблюдаем неумелое использование изобразительно-выразительных средств: язык повествования сух и переполнен канцеляризмами. Автор не говорит гневался, злобствовал, горячился, негодовал – да, мало ли эпитетов в литературном русском языке – она пишет «приводило в гнев». Меня, как поэта, удивляет выбор нечитаемого «в-г-н», но это уже сетования о читабельности. Безусловно важна удобопроизносимость, но обсудим «художественную ценность» произведения.
Удивило, частое применение казённого языка: принимал участие, вместо участвовал, вели агитацию, вместо, агитировали. Автор, не задумываясь над производимым удручающим эффектом, изобильно пересыпает текст глаголами «был-было-была-были» или ставит рядом одинаково начинающиеся предложения. Отчего создаётся впечатление, что писатель не понимает прелести художественного языка, не умеет рассказывать легко, без подобных заусенцев текста. Читая эту книгу, как художественную, я недоумевала, видя историко-краеведческую работу с небольшой долей вымысла в рамках повествования. Ведь, существуют требования жанра, которые данная повесть не выдерживает. Давая в некоторых главах историческую справку, Наталья Елфутина сухо и публицистично описывает ситуацию, в которой развивается сюжет. Разумно было бы отделить одну часть от другой, например, шрифтом или обозначить первую сноской или курсивом. Однако, этого не сделано и читатель воспринимает всё, как «такой рассказ».
Однако и в литературной части «рассказов» удивляет изобилие текстовых логических и ассоциативных нестыковок. Например, в главе Оккупация:
«…Девушки молча вязали. Парившую в комнате тишину нарушила Галина:
- Слышали, за городом в карьерах расстреляли евреев?
- А в Закрепостной Слободке расстреляли и закопали живьём людей – добавила Феня…». Два предложения, и два ляпа. Противопоставляющий союз «А» в начале реплики Фени звучит, словно евреи не люди, а соединительный союз И «расстреляли и живьём закопали» рисует, как минимум, странную картинку (если расстреляли, то не живьём, а если живьём, то не расстреляли, а ранили). Если в первом случае написать И, а во втором вместо союза И использовать ИЛИ, такого разночтения можно было бы избежать. Но автор игнорирует значение союзов в русском языке. Это же катастрофа для писателя – отсутствие чувства текста! В приведённом отрывке есть ещё и «парившая тишина». Тоже весьма спорное словосочетание, так как парить может только что-то видимое. Птицы парят в воздухе на раскрытых крыльях. Здесь – невидимая глазу тишина, которая, конечно, может «повиснуть». Впрочем, не буду настаивать, автор так видит.
Изрядно напрягают деревянные, неживые диалоги героинь, читать которые скучно. Изобилие сказал-сказала-сказали, словно в русском языке нет глаголов – шепнуть, произнести, буркнуть, процедить, молвить, бормотать, и ещё очень, очень много! То, как разговаривают девочки из книги «Неуловимые» не позволяет поверить в достоверность рассказанной автором истории. И лично меня данный факт особенно беспокоит, потому что благое желание написать о действительно живших и воевавших, в меру своих детских сил, девчонках, развалилось под гнётом писательского непрофессионализма.
Теперь о том, почему я взялась за неблагодарное дело критического высказывания. Дело в том, что совсем недавно, в текущем 2025-м году, я была одна из тех, кто ратовал за принятие Натальи Яковлевны Елфутиной в Союз писателей Приднестровья. Давала рекомендацию, видя её заинтересованность и желание писать, а, прочитав, дышащий теплом и светом, рассказ «Хлебный Ангел», увидела писательский потенциал этого автора. Вот с тех пор и чувствую ответственность за то, что выходит из-под пера моего протеже. С тех пор и слежу за её «успехами». Согласитесь, хороший публицист, историк и краевед, не обязательно писатель, а небрежность писателя в форме превращается в обнуление содержания. Поэтому и говорю, и призываю к скрупулёзной душевной работе над текстом. Помните, как говорил А. А. Блок: «Писатель обречен выворачивать наизнанку свою душу, делиться своим заветным с толпой. Так было искони, так это есть и теперь, и так будет всегда, пока существуют писатели». Иначе нельзя…

Марина Сычёва, г. Рыбница

Из выступление 26 декабря 2025 года на Международной научно-практической конференции, посвящённой приднестровской идентичности и развитию литературы в Приднестровье, к 95-летию со дня основания ПГУ имени Т.Г. Шевченко.